Александр Мороз: «Слухи о грядущем перевороте в СПУ сильно преувеличены»
Накануне апрельского съезда СПУ мы обратились к Александру Морозу с просьбой прокомментировать многочисленные слухи, связанные с Соцпартией. Лучше все узнать из первых уст, чем довольствоваться непроверенной информацией. Александр Александрович, какие вопросы планируется рассмотреть на предстоящем апрельском съезде СПУ? — На съезде планируется принять резолюцию об угрозе для демократии в Украине, поскольку Виктор Ющенко намеревается менять Конституцию и, следовательно, правопорядок в стране. Будет также принято постановление относительно ситуации, сложившейся в области земельных отношений. И третий документ — это программа «Справедливая Украина», которая будет утверждена на съезде. Она станет играть роль «программы-минимум», определяющей действия СПУ на ближайшую перспективу. Хотя, на мой взгляд, нам пока не стоит кардинально менять существующую партийную программу партии, поскольку она была подготовлена основательно, на научной основе, и многие ее положения еще не выполнены. Кроме того, планируется рассмотреть проект внесения изменений в устав Соцпартии. Это вызвано необходимостью повысить ответственность партийного актива, упростить процесс принятия кадровых решений, если возникает подобная необходимость. Но, естественно, данные вопросы будут решаться с соблюдением принципов демократического централизма. Вот такие задачи ставятся перед съездом, и я думаю, что мы успешно с ними справимся. Готовясь к форуму, мы провели областные и районные конференции. Я сам принял участие в нескольких подобных мероприятиях. Результаты состоявшихся дискуссий меня удовлетворили. Люди откровенно говорили о ситуации в обществе, в партии. Чувствуется, что пора разочарований и апатии прошла. Знаете, я не раз говорил, что, наверное, наш проигрыш на парламентских выборах — это даже к лучшему. У нас появилась возможность объективно оценить партийный актив, понять, кто находится в СПУ по убеждениям, а кто пришел для достижения своих личных целей. Мы провели перерегистрацию членов партии, и оказалось, что отсеялось около 50 тысяч человек. Большая часть из них пришла в партию в 2005—2006 годах, на волне политического подъема. Говорят, что «группа товарищей» планирует провести на съезде партийный переворот и отстранить вас от власти в СПУ. Правда ли это? — После проигрыша СПУ на выборах я написал заявление о сложении с себя полномочий руководителя партии и предложил без моего участия рассмотреть этот вопрос сначала на политсовете, а затем и на съезде. Политсовет единогласно отклонил это предложение, считая — и, как я полагаю, небезосновательно, — невозможным проводить такую кадровую перестановку, поскольку сегодня это не принесет пользы партии. Что касается попытки переворота, о которой вы говорите, то могу сказать — эти слухи сильно преувеличены. Возможно, подобные мысли и появляются у тех членов нашей партии, которые понимают, что им нужно искать новые возможности для расширения своего влияния. Я это допускаю. Как вы относитесь к тому, что ряд партийных организаций в регионах практически открыто поддерживают Иосифа Винского и Юрия Луценко? И как вы оцениваете деятельность Василия Волги, который пытается создать альтернативу Соцпартии? — Вариант с Волгой — это классический пример клонирования партии. Я спокойно к этому отношусь, поскольку подобные попытки предпринимались и раньше. Не следует придавать данному факту большого значения, потому что у него все равно ничего не получится. Да и неэтично выступать в средствах массовой информации от имени партии, которой не существует. Волга допускал серьезные проколы в работе, нарушал правила поведения членов партии, выступив перед выборами в поддержку другой политической силы, за что районная организация и исключила его из рядов СПУ. Никакой подоплеки в данном решении нет. Речь идет об исправлении кадровой ошибки, допущенной в предыдущий период. Что касается Винского и Луценко, то они пытаются использовать административный ресурс, который у них есть в распоряжении. Но все дело в том, что те члены СПУ, которые были готовы «вильнуть» вместе с ними в сторону, уже давно сделали этот шаг. Сегодня в партии — именно те люди, которые понимают истинную цену этих деятелей. Того же Луценко, который умеет так красиво, «плакатно» выражаться. Правда, не контролируя то, о чем он говорит. Того же Винского, который обладает опытом администрирования, необходимым для организации партийной работы, но и нетерпимостью к мнению других. Правда, сейчас у него другие заботы. Ему некогда заниматься расколом СПУ, поскольку хватает проблем в Министерстве транспорта. Хотя некоторым бывшим активистам партии он оказывал определенные услуги, которые и обеспечили их нынешнее пребывание во власти. Кстати, без возражений со стороны Секретариата Президента. Мы это тоже учтем и постараемся подкорректировать данную ситуацию в ближайшее время. В последнее время все чаще ведутся, скажем так, небеспочвенные разговоры о возможном слиянии СПУ и объединенных социал-демократов. На каком этапе сегодня находится сотрудничество между социалистами и СДПУ(о)? — Скажу так: разговоры эти небеспочвенны, поскольку «почву» для них готовят различные интернет-издания, которые распространяют подобные слухи, за которыми ничего нет. Речь идет исключительно об обыкновенном координировании усилий политических партий по вопросам, представляющим интерес для общества в целом. Например, по вопросу затеваемой Президентом конституционной реформы. Поэтому и был создан координационный совет, в который вошли представители различных политических партий, прежде всего левоцентристской ориентации. Разговоры об объединении усилий ведутся тогда, когда в этом возникает необходимость. Например, проведение совместных акций, направление письма в адрес руководства НАТО относительно нецелесообразности присоединения Украины к ПДЧ и т. д. Это естественный процесс. Я не знаю, насколько далеко зайдет подобное сотрудничество. Возможно, дело дойдет до создания какого-то блока, но, разумеется, без утраты идентификации каждой политической силы. К примеру, ряд программных положений социал-демократов радикально отличаются от установок нашей партии. Некоторые политические силы левой ориентации готовы на более тесное сотрудничество с нами, в том числе и на слияние. Я имею в виду партию, которую представляет Иван Чиж. Скорее всего, на предстоящем съезде мы завершим процесс слияния: партия Чижа прекратит свою деятельность, а ее члены во главе с лидером в индивидуальном порядке добровольно вступят в СПУ. О партийной интеграции можно говорить по-разному, но никто не спорит с тем, что это естественный процесс. Многочисленные спекуляции на данную тему повышают к ней интерес. Знаете, в 2004 году БЮТ и «Наша Украина» активно критиковали социалистов за то, что мы якобы подготовили проект внесения изменений в Конституцию вместе с Виктором Медведчуком. Но это ложь, поскольку конституционный проект я разрабатывал еще в 1999 году и 90% из моих наработок легли в основу принятых изменений в Основной Закон. Да, были проведены консультации с целью узнать позицию Президента, поскольку без его подписи под законом он не будет иметь юридической силы. И это сразу стало бы поводом для шельмования Соцпартии. Сегодня в Секретариате Президента с большим возмущением говорят о том, что в правительстве Юлии Тимошенко есть люди, близкие к Кучме, Медведчуку и т. д. Юлия Владимировна в ответ заявляет, что не допустит «охоты на ведьм». Главное — не политические взгляды человека, а его профессионализм. Интересный подход. Но еще более интересен подход Президента: почему в 2000 году Виктор Андреевич не замечал никаких «недостойных» действий Медведчука, который организовал переворот в парламенте и фактически обеспечил премьерство самого Ющенко? Думаю, в каждом конкретном случае необходимо использовать все возможности для того, чтобы договорится о сотрудничестве с теми политическими силами, совместная работа с которыми в конечном счете пойдет на пользу общества. В данном случае я не критикую и не расхваливаю ни Медведчука, ни Тимошенко. Просто констатирую факт: объединение усилий — это естественный процесс в политической деятельности. Например, сегодня у БЮТ и ряда других политсил есть намерение поднять избирательный барьер с целью ограничить доступ в парламент других партий. Я всегда говорил о том, что это опасная игра. Даже в 2005 году, когда Соцпартия гарантированно преодолевала любой, даже повышенный барьер. Считаю, что данная тема еще станет предметом для консультаций с разными политическими силами. — Как складываются отношения СПУ с бывшими партнерами по антикризисной коалиции? В частности, с Партией регионов? Почему так и не был реализован план создания единой оппозиции? — На мой взгляд, разговоры о создании некоей «общей оппозиции» вызваны чересчур идеалистическим представлением о способности современных политструктур к консолидации. По каждому конкретному случаю необходимо формировать отдельные политические пулы и рассматривать возможности каждой партии. Эти союзы не могут быть стабильными, постоянными. Они будут изменяться с учетом интересов каждой партии и конкретной ситуации. Поэтому вариант «единой оппозиции» не может быть сегодня реализован в принципе. Помните, как четко было разделено украинское общество во время проведения акции «Украина без Кучмы»? Одни выступали за Кучму, другие — против. Но даже тогда не удавалось объединить всех. Те же коммунисты провозглашали лозунги и против Кучмы, и против Ющенко. Есть информация о том, что некоторые социалисты ведут за вашей спиной переговоры о продаже СПУ Виктору Балоге. Насколько данные сведения соответствуют действительности? — Пока я лидер партии, подобного никогда не будет. Но эти слухи мне известны. Я рассчитываю на поддержку областных организаций, которые полностью разделяют мою идею создания сильной партии, а не авантюристов, готовых ради сиюминутной выгоды торговать всем оптом и в розницу. Включая и собственную совесть, которой у них, кстати, уже нет. Если предположить, что Ющенко, по его собственным словам, «сын» Кучмы, то верна ли теория, в соответствии с которой, на детях гениев природа отдыхает? — Когда Виктор Андреевич озвучил этот тезис, то я сказал, что лучше быть сиротой, чем иметь такого отца. Во всяком случае, в тот момент. Но, думаю, некие «генетические связи», конечно же, есть. Поэтому и упомянутое вами утверждение отчасти является верным. Поведение Ющенко для меня своего рода загадка. Позиция, которую он сегодня пытается занимать, свидетельствует о его слабости, а не силе. Президент декларирует высокие цели, однако не имеет того опыта ответственного администрирования, который был у Кучмы, и не хочет нести ответственность за результаты неудачного администрирования. Это создает у него иллюзию, что можно все свои действия оправдать провозглашенной высокой (условно) идеей. Можно бесчинствовать и растаптывать Конституцию, одновременно рассуждая о демократических началах, европейском выборе страны и других высоких материях. Почему, несмотря на то, что в последнее время происходит в Украине, часть цивилизованного мира, тем не менее, продолжает делать ставку на Ющенко? — Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо учитывать цели, которые ставят перед собой руководители других стран. Конечно, США или некоторым другим государствам удобно использовать в качестве инструмента институт, в котором сконцентрированы все возможности для влияния на поведение страны. Если Штаты устраивает подобная ситуация, то они будут и дальше закрывать глаза и на нарушение основ демократии, и на разрушение конституционного строя, поскольку таким образом им легче достигать своих геополитических целей. Результаты саммита НАТО в Бухаресте действительно стали победой украинской дипломатии, как утверждает Президент? — Ну если это считать победой, тогда я даже не знаю, что считать поражением… В чем заключается наша «победа»? Украине просто указали, что при вступлении в НАТО необходимо учитывать целый комплекс обстоятельств — ситуацию в стране, настроение населения, стабильность власти, долгосрочные перспективы и многое другое. И сначала нужно решить эти вопросы и только потом говорить о ПДЧ. Примерно так нам и сказали в Бухаресте. Да, Украина может быть в НАТО. Но с таким же успехом можно говорить о том, что каждый человек может быть в раю. Правда, это еще не означает, что каждый там будет. Кроме того, необходимо понимать, что НАТО — не рай. Надо заниматься конкретными делами, а не рассказывать о том, как плохо обстоят дела в украинской армии. Почему за 17 лет независимости Вооруженные Силы не приобрели ни одного нового танка, почему не используется уникальный Южмашевский комплекс, имеющий современные разработки лучших средств ПВО? А Виктор Ющенко говорит о том, что у нас половина границ не демаркирована. Так что, будем ждать, пока НАТО придет и станет проводить демаркацию? Получается, что стоит Украине вступить в Альянс, и больше никто к нам не будет иметь никаких претензий. Но это не так. Возьмите, к примеру, Балканы, Кипр, Ирландию, Турцию. Кроме того, вступление в НАТО не дает Украине никаких преимуществ с точки зрения интеграции в Евросоюз. Мы не обязаны отстаивать интересы США, которые пытаются вести свою геополитическую игру. В первую очередь, мы должны заботиться о своих интересах. И потом: если говорить о победе в Бухаресте, что она дает простым гражданам? Газ подешевеет? Или в армии исчезнет дедовщина? Улучшится благосостояние людей? Президент утверждает, что суверенитет Украины и вступление в НАТО — это одно и то же. Как вы можете прокомментировать данное высказывание? — Включение страны в любой блок — это потеря части суверенитета. Тут даже объяснять ничего не надо. И потом, Ющенко говорит о том, что «люди определились с вступлением в Альянс». Кто определился? Когда? Почему во время предвыборной кампании ни одна политическая сила, которая находится сегодня во власти, в открытую не заявляла о том, что поддерживает вступление Украины в НАТО? Потому, что все понимали — люди в НАТО не хотят, и получить власть, спекулируя на данной тематике, не удастся! А теперь, получив власть практически обманным путем, они предают интересы своих избирателей. Так действовать нельзя, это просто неприлично! Конфликт между Президентом и премьером уже носит системный характер. Как вы думаете, к чему может привести подобный дуализм власти в стране? — У нас, скорее, не дуализм, а паралич власти. Он проявляется не в том, что премьер и Президент никак не могут найти общего языка. Дело в другом — фактически растоптана Конституция, разрушена правовая система реализации управленческих решений. В результате власть действует так, как считает нужным. Поэтому мы будем наблюдать эту грызню до тех пор, пока Президент не станет демонстрировать уважительное отношение к Конституции, действующему законодательству. Все коллизии, которые мы наблюдаем в Украине начиная с 2004 года и по сегодняшний день, объясняются противостоянием двух субъектов — Тимошенко и Ющенко. Следствием этого являются конфликты в парламенте, безынициативность коалиции, споры на газовую тему — кто первый добежал до «Газпрома», кто первый договорился. За всем этим стоит элементарное стремление упомянутых персонажей к абсолютной власти. Для страны подобная ситуация абсолютно неприемлема. А если еще учесть личные качества этих субъектов, то становится не по себе. Государство не может быть заложником их настроений и намерений. Сегодня втайне от населения готовится проект новой Конституции. Планируется юридическое оформление диктатуры. Метод реализации — референдум, тоже, кстати, неконституционный. Для нынешнего Секретариата Президента, казалось бы, ничего не стоит реализовать этот проект. Но трагедия Украины заключается в том, что непонятно, для кого эта Конституция пишется. Для конкретного человека или для государства? Вот в чем суть проблемы. Поэтому если мы хотим создать европейскую модель управления, если мы хотим, чтобы система власти способствовала развитию экономики, то должны переместить власть вниз. Это позволит преодолеть коррупцию и решить многие другие вопросы. Но если мы пойдем по пути концентрации власти в одних руках, то получим клановую систему управления и раскол государства. Некоторые политики из «оранжевого» лагеря считают, что страна «обречена переболеть» Тимошенко. Так ли это? — Перманентные болезни — это плохо для общества. Юлия Тимошенко — интересный менеджер, харизматичная, волевая, но авантюрная личность. Я против того, чтобы подобные люди получали всю полноту власти. Этого допустить нельзя. Страны Европы более семи веков создавали систему сдержек и противовесов во власти. И сегодня они неплохо живут. На мой взгляд, Тимошенко на посту Президента — это беда для Украины. Поэтому я прошу Господа Бога о том, чтобы Юлия Владимировна подольше побыла премьер-министром. Практика, как известно, критерий истины. Белые одежды, красивые повороты головы и определенная прическа еще не способствуют решению всех проблем. Люди должны на собственном опыте убедиться в том, что Тимошенко — это не то, что нужно для страны.
|
